Недвижимость

зобманными серебряными новгородскими»и. А. С. Мельников* 146 В Москве с осени 1613 г. началась массовая чеканка монет четырехрублевой стопы, вполне отвечавших этим требованиям. Однако шведская сторона сочла необходимым специально оговорить пункт о доброкачественности серебряных копеек. Здесь напрашивается мысль о том, что шведы беспокоились не напрасно, хорошо зная состояние денежного обращения новгородской земли, засоренного неполноценными монетами собственного производства. Вопросы, касающиеся русских монет, возникли и во время переговоров в Москве со шведским послом Стенбуком. В проекте союзного договора со Швецией, который привез с собой Стенбук, содержалось предложение ввести в России свободное обращение шведских денег, а в Швеции — русских по существующему курсу монет обоих государств. Это предложение не нашло дальнейшего развития, и, видимо, даже не обсуждалось45, однако сам факт его возникновения заслуживает самого пристального внимания. Его следует сопоставить с теми претензиями, которые были предъявлены русской стороной посольству Стенбука. В опубликованном И. Г. Спасским в 1972 г. «Наставлении боярам, назначенным на встречу с шведским послом Стенбуком», датированном 1618 г., сказано, что шведы, невзирая на заключенный 20 ноября 1616 г. договор в Ладоге «из Великого Новагорода и из иных городов, которые царскому величеству отданы и очищены, никаких дел и книг и иного ничего не вывозить и людей сильно не выводить», вывезли печать Новгородского государства, «да из ден