Недвижимость

взаимодействовал с оборотным маточником 1606 г. (табл. 4, П., 2—/). Копейки этого типа встречаются очень редко, что говорит о непродолжительности их чеканки. После псковского восстания 2 сентября 1608 г. чеканить здесь копейки с именем Василия Ивановича не могли — Псков целовал крест «Дмитрию Ивановичу» — Тушинскому вору. И. Г. Спасский полагает, что в Пскове еще некоторое время после 2 сентября 1608 г. могли чеканить монеты старыми лицевыми штемпелями Федора Ивановича и оборотными Дмитрия Ивановича41 (при Лжедмитрии I — это тип /—/). Мысль И. Г. Спасского находит подтверждение в том, что в кладах 1606—1607 гг. оба типа псковских копеек Лжедмитрия I (П., /—1, 2—/) представлены примерно равным количеством экземпляров, но в более поздних кладах эта пропорция нарушается: в них преобладают копейки типа /—/. Наглядно демонстрирует это огромный клад, насчитывающий 6782 экз., найденный в Пскове и хранящийся в Псковском музее. Весь комплекс датируется временем после сентября 1608 г. Связывать его захоронение, видимо, следует с приездом из Тушина в Псков сборщиков, которые собрали «казны много гостиной». Тушинское правительство не преминуло воспользоваться теми возможностями, которые раскрылись при переходе на его сторону богатого торгового города. В псковском кладе на 1436 копеек Василия Шуйского, чеканенных в Пскове, приходится только 78 копеек московского чекана и 6 — новгородского. Такая диспропорция могла быть связана с тем, что приток копеек с других денежных дворов был значите