Недвижимость

тали семь станиц. Эти сведения вполне соответствовали вышеприведенным данным книг Новгородского двора за 1614 1617 гг., согласно которым здесь каждый год одновременно работали шесть или семь мастеров «с товарищи», т. е. семь станиц, которые обычно возглавляли старосты, назначавшиеся из числа чеканщиков50. Среди предметов, оставшихся на денежном дворе после шведов, опись называет также 15 «матоишиков вершников», 14 «матошников исподников прежних государей» и два маточника «полуденежных», верхний и исподний, т. е. полушечных. Серебра или денег «после немец» на денежном дворе не оказалось. 15 «матоишиков вершников» представляют собой 10 лицевых маточников Бориса Годунова начиная с 1600 г., 2 — Дмитрия Ивановича, 3—Василия Шуйского*, а 14 «матошников исподников» 10 оборотных маточников Бориса, 2 -— Дмитрия, 4 — Василия, 2 — Владислава Жигимонтовича. Оборотных маточников при таком раскладе получилось не 14, а 18, но эти лишние четыре оборотных маточника приходятся на маточники 3 и 6 — Бориса Годунова (табл. 3), 2 — Дмитрия Ивановича (табл. 4) и 2— Владислава Жигимонтовича (табл. 4). Эти маточники были, видимо, забиты вскоре после их изготовления, ибо монеты, чеканенные при их посредстве, известны в единственных экземплярах; о разовом использовании этих маточников говорит также отсутствие у них поштемпельных связей с прочими маточниками Новгородского двора. В. Л. Янин насчитал 16 оборотных маточников. Двумя лишними оборотными маточниками были, по его мнению, именные маточники Васил