Недвижимость

т между этими четырьмя денежными дворами может быть оспорено, так как и источниковая база пока недостаточно обширна (в нашем распоряжении, например, мало кладов новгородского и тверского ареалов), и формальные признаки, которыми приходилось руководствоваться при построении классификационной схемы, не всегда дают однозначные ответы. Но главный вывод — отнесение денег к продукции Московского и Тверского дворов, копеек — А. С. Мельникова 40 Новгородского и Псковского дворов — кладами подтверждается без сомнений. Ясен и второй вывод — изменение наших представлений о производственных возможностях денежных дворов. Монеты показывают, что денежные дворы работали очень неравномерно, а значение каждого из дворов в денежном производстве не было величиной постоянной, неоднократно менялось на протяжении правления Ивана Грозного. Московский денежный двор действительно занимал ведущее положение в первой половине его правления. Здесь чеканился основной номинал реформы (денги — «московки»), до 50-х годов XVI в. игравший главную роль в системе номиналов, введенных реформой (копейка — денга — полушка). Возможно, там же чеканились все типы полушек (повторим, что чеканка полушек еще ждет своего изучения). После 1547 г. на Московском денежном дворе продолжалась чеканка «царских» денег, т. е. денег с легендой «Царь и князь великий Иван». Скорее всего, других номиналов в Москве не чеканили (исключая «мечевую копейку», по оформлению аналогичную денге). Об этом свидетельствуют данные московских кладов