Недвижимость

порядка, что и тайное письмо вчерашних покровителей самозванца — Шуйских и Голицыных к королю Сигиз-мунду III, в котором они жаловались на легкомыслие и недостойное поведение Дмитрия Ивановича и просили возвести на русский престол сына польского короля25. С этим поворотом внутренней политики русского правящего класса против самозванца можно, по всей видимости, связывать и изменение политики в денежном деле на рубеже 1605—1606 гг. Оно нашло выражение в возврате к системе мероприятий по унификации монетного типа, прерванной июньскими и июльскими событиями 1605 г. Политика самозванца в денежном деле отличается теми же чертами противоречивости, что и его политика по крестьянскому вопросу. С одной стороны, правительство Дмитрия Ивановича готовило сводный Судебник 1606 г., где содержались некоторые уступки крестьянству; с другой стороны, в интересах дворянства были изданы указы от 6 января и от 1 февраля 1606 г. об удлинении срока урочных лет. B. И. Корецкий объясняет эту противоречивость тем, что самозванец был вынужден лавировать: вначале он пытался удовлетворить дворянские требования, но видя, что в стране, особенно на юге, весной 1606 г., зреет новый взрыв крестьянской войны, он пошел на значительные уступки народным массам. Эти метания самозванца между социальными полюсами русского общества, от позиции которых прямо зависела его собственная судьба, находят аналогию в его подходе к денежному делу: вначале самозванец решительно отказывается от системы мероприятий Бориса Годунов