Недвижимость

нги накрепко беречи, чтобы безумнии человеци ни мало не исказили, и стары бы злы обычаи отставили, и на покаяние пришли; и начаша делати новые денги месяца июня 20 день*. А во дворе денежном велел князь велики ведати, смотрити накрепко делщиков денежных и мастеров своему гостю Московскому Богдану Семенову сыну Курюкова с товарыщи, чтоб во дворе было без всякоя хитрости»31. Вся эта запись представляется цельным рассказом, в котором содержится описание тех же событий, что и в московских летописях, и который датирован 1535 г. и снабжен большим числом подробностей. Вряд ли можно усматривать в этом рассказе «ряд сведений, заимствованных из разных источников», как полагает И. Г. Спасский32. Текст этот, как и другие тексты новгородских записей, происходит из Новгородского владычного свода 1539 г.33 Столь же необоснованным кажется предложение И. Г. Спасского относить дату «20 июня» не к 1535 г., как можно судить по дате всей записи, а к 1534 г. Спасский так объясняет свою точку зрения: год, который должен был стоять перед датой «20 июня» был «пропущен или по небрежности переписчика, или вследствие непонимания ряда обстоятельств реформы». «Непонимание» заключалось в том, что, по мнению И. Г. Спасского, в начале записи шла речь о чеканке новых денег с именем Ивана («на свое имя»), а в записи, следующей далее в тексте летописи о начале чеканки денег в Новгороде с 20 июня, речь шла о чеканке денег без имени князя34. Действительно, среди ранних монет Ивана Грозного есть и именные денги (с