Недвижимость

нет XVI в., лишенных дат и указаний на место чеканки. Ввиду последнего обстоятельства целые группы монет датировались весьма приблизительно, и это не давало возможности связать время их выпуска с теми хронологическими вехами, указания на которые содержались в летописных рассказах о реформе. Единственно надежным и объективным критерием достоверности датировки монет и правильности прочтения летописных сведений в данной ситуации могли служить монетные клады времени проведения денежной реформы. И. Г. Спасским были собраны сведения о десяти таких кладах, но для визуального изучения доступным оказался только один клад (ГЭ—IX; И. Г. Спасский называет его кладом неизвестного происхождения, хотя топография его известна — он происходит из с. Павловского Одоевского р-на Тульской обл.). Этих сведений, конечно, было мало для воссоздания научно объективной истории денежной реформы Елены Глинской, что констатировал сам автор спустя много лет7. В настоящее время круг нумизматических источников значительно расширился. Известно шесть визуально изученных кладов Ивана IV, зарытых до 1547 г. Вместе с тремя кладами, состав которых известен по литературе, общее число кладов, по которым можно изучать структуру денежного обращения 1533—1547 гг., равняется 9. А вообще известно 30 кладов, относящихся к 1533— 1547 гг., к сожалению, без точных данных об их составе8. Можно надеяться, что сведения о кладах, которые в будущем попадут в научный оборот, будут публиковаться с учетом результатов поштемпельного