Недвижимость

легендой «Князь великий Иван») и безымянные (с легендой «Князь и великий государь всея Руси»). Безымянные денги И. Г. Спасский считал, «бесспорно, наиболее ранней группой»35 на основании их стилистической близости с монетами предшествующих княжений Василия III и Ивана III. Однако эта датировка не подтверждается данными монетных кладов (об этом будет подробнее сказано ниже), поэтому данный аргумент отпадает, так же как и попытка увидеть в летописном сообщении два эпизода, записанных в обратном порядке. А. А. Зимин тоже категорически отрицает предложенную Спасским датировку летописной записи 1534 г.: «...весь * В одной из записей о реформе, приведенной в ПСРЛ. — Спб., 1853. — Т. 6. — С. 296—297, вместо «июня 20 день» читается «июля 20 день». А (. Мельникова 20 контекст летописного рассказа о монетной реформе делает невозможной его датировку 1534 г.: он помещен непосредственно перед сообщением о постройке города Себежа, что произошло 25 июля 1535 года. Рассказ никак не может относиться к выпуску «безымянных» монет, как это думает И. Г. Спасский: в нем четко говорится об изготовлении денег «на свое имя», то есть именных»36. Итак, если свести воедино все летописные известия и учесть все коррективы, которые вносят в датировку летописных рассказов особенности составления областных сводов, получится следующая картина. В феврале — марте 1535 г. в Московском государстве началось проведение денежной реформы; возможно, летописи под этой датой подразумевают только рассылку на места в