Недвижимость

копеек не чеканили. Лишенный притока серебра, находившийся в опальном городе, да еще в ведении земщины, Московский денежный двор медленно хирел. Возрождение его наступило лишь в самые последние годы XVI в., во время царствования Федора Ивановича, при правителе Борисе Федоровиче Годунове, что было связано с рядом важных перестроек во всем русском денежном деле. В едином государстве 43 Псковский и Новгородский денежные дворы, в отличие от Московского, судя по монетам, переживали пору своего расцвета как раз во второй половине XVI в. Этому способствовали многие обстоятельства. Прекращение или сокращение деятельности Московского денежного двора должно было поставить перед периферийными денежными дворами задачу бесперебойного снабжения денежного обращения, а возросшая к тому времени роль копейки привлекла на эти дворы большую часть запасов серебра, владельцы которого стремились получить на руки крупные номиналы, более удобные для торговых сделок. Однако главную роль в возвышении этих дворов, по-видимому, играли внешнеполитическая конъюнктура и внутриполитические события. Присоединение к России в 1558 г. Нарвы вызвало оживление русской внешней торговли и, разумеется, участия в ней новгородского купечества, издавна активно торговавшего с западными странами. Первоначальные успехи России в начале Ливонской войны (1558—1583 гг.), вернувшие стране Полоцк и открывшие западноевропейские рынки для русской внешней торговли, способствовали процветанию последней в 60—70-х годах XVI в. Это вы