Недвижимость

йки, и именно этот номинал открыл денежную реформу. По буквам ПСК в конце легенды эти монеты всегда относили к псковскому чекану. Однако наблюдения за внешним оформле- Денежная реформа Елены Глинской 23 нием монет, чеканившихся на Псковском денежном дворе с 1510 по 1533 г., после утраты Псковом самостоятельности, свидетельствуют, что обозначение места чеканки при помощи буквенных сочетаний там не практиковалось. По традиции чеканки периода самостоятельности на монетах 1510—1533 гг. еще помещалась формула «Деньга псковская», иногда дополненная именем мастера (?): «Деньга псковская Заманина», «Деньга псковская Иван». Не следует ли считать буквы ПСК в конце легенды мечевой копейки Ивана Грозного тоже обозначением какого-нибудь имени собственного, с чем мы сталкиваемся при изучении буквенных обозначений на других монетах того времени? Да и трудно объяснить, почему в провинциальном Пскове начали бы обозначать название денежного двора, в то время как Московский и гораздо более мощный, чем Псковский, Новгородский дворы до самого конца XVI в. не имели собственных знаков. В. Л. Янин также не склонен считать буквы ПСК на мечевой копейке обозначением места чеканки; он полагает, что это было искажением обычного титула «всея Руси»38 в последней строке легенды. О выпуске мечевых копеек на Московском денежном дворе убедительно свидетельствует статистический материал кладов. В кладах 50-х годов XVI в. московского ареала доля мечевых копеек достигает 23 — 34%; далее следуют клады новгородског