Недвижимость

у Шатилова денежный чекан. Все арестованные, изъятые фальшивые деньги и воровские снасти, «роспрос-ные» и «пыточные» речи были направлены в Приказ Большой казны. О дальнейшей судьбе этого дела неизвестно. Приведенный документ свидетельствует, что в 1649 г. в Козлове действовала целая организация фальшивомонетчиков. Братья Лесуновы готовили для продажи денежные снасти, маточники делал в Шацке посадский человек Борис Верещагин, четверо козловцев — Данил Шатилов, Семен Романов, Григорий Куребонов и Карп Кислово — делали в кузнице во дворе у Шатилова фальшивые деньги; Данил Шатилов к тому же, видимо, снимал с маточника «воровские» чеканы и продавал их. Имя другого козловского фальшивомонетчика — Ники-фора Хозяинова упоминается вне связи с остальными козловцами; видимо, он работал в одиночку. Существовала категория наемных фальшивомонетчиков, которые делали фальшивые деньги на заказ. О них сообщается в грамоте 1637 г.: «Переиманы в Вологде денежные воры. А в роспросе с пыток в денежном воровстве винились, иные сами денги делали, а иные наймовали воров денги делати»86. Письменные источники указывают на 30-е годы XVII в. как на период наибольшего распространения фальшивых денег. Называются самые разнообразные районы их распространения: уже упомянутые Козлов, Вологда, Воронеж87, Шацк88, Ростов , Новгородский уезд90, Белоозеро91. Немаловажную роль в распространении этого промысла сыграла отмена смертной казни (фальшивомонетчикам заливали горло расплавленным металлом) за чеканку фальши

аке с сыном боярским Никифором Хозяиновым, обвинил последнего в том, что он делает «медяные» деньги. Такое же обвинение предъявил Хозяинову козловский купец Филимонко Седов. Всех вместе, и обвиняемого и обвинителей, посадили «за пристава» и завели на них сыскное дело. В другом случае «воровские» деньги были обнаружены «в торгу» у мальчика Ивашки Данилова, сына Шатилова, когда он вынимал «воровские» деньги «ис платка на покупку». Приведенный в съезжую избу, Ивашка признался, что «те воровские деньги дала ему мать ево, Ивашкова, Онтонидка». Были арестованы отец и мать маль- А. С. Мельникова 232 чика. Отец, «козловец, сын боярский Данилка Шатилов» признался в том, что он делал «воровские» деньги, но делал их не один, а с «козловцы детьми боярскими з Гришкой Куребоновым, да с Сенкою Романовым, да з гулящим человеком с Карликом Кислово». Часть денег они делали «чеканом, а иные де лили в опоки». Чеканы делали Данилко Шатилов и Гришка Куребонов в кузнице у Данилки Шатилова. Действительно, при обыске на дворе Шатилова были изъяты «маточник, чем делали воровские денежные чеканы и денежные снасти». Гришка Куребонов при допросе признался, что маточник для чеканки фальшивых денег он купил четыре года назад у шацкого посадского человека Бориса Верещагина. Остальные снасти Данилка Шатилов купил у козловца сына боярского Жданки Лесунова и у брата его Петрушки. Сам Шатилов тоже продавал «воровские» чеканы, которые он, видимо, снимал с маточника. Так, Сенька Романов признался, что он получил

вались под наиболее распространенные монеты, поэтому основную их массу составляют подделки под копейки с именем Михаила Федоровича с монограммой о/М или буквами МОС/КВА, М, МО. Это не должно означать, что все эти подделки чеканились в годы его правления, хотя это время, действительно, отличается расцветом чеканки фальшивых копеек. Здесь сыграли свою роль пестрота денежного обращения во время его царствования, смена трехрублевой стопы на четырехрублевую, выпуски интервентов в Новгороде в 1611 —1617 гг., чеканка подделок под русские копейки шведами после 1617 г. и датчанами после 1619 г., объединенных названием «корелки худые». В то время существовали два способа чеканки фальшивых денег. Первый способ не отличался от обычной техники чеканки при помощи штемпелей, применяемой на государевых денежных дворах. «Воровские» чеканы делали фальшивомонетчики, иногда «переводя» изображение и надписи с подлинных копеек, но чаще вырезая эти штемпеля самостоятельно. Второй способ был проще — делались литые деньги — металл «лили в опоки». Литые деньги отличить от подлинных было намного легче и за «литье в опоки» фальшивомонетчиков карали с меньшей строгостью, чем фальшивомонетчиков, работающих чеканами. Необходимые для чеканки «снасти денежные» нередко можно было купить. В сыскном деле 1649 г. описывается целая система организации чеканки «воровских» денег в г. Козлове85. Воеводе стало известно о появлении в городе «воровских» монет. «Козловец, гулящий человек» Ивашко Рыжов, поругавшись в каб

ния деятельности денежных дворов породили выпуск местных кустарных суррогатов, подражавших копейкам. Однако в XVII в. производство фальшивых Попытки преобразований 231 монет достигло гораздо большего размаха. Они становятся буквально массовым явлением: почти в каждом кладе обязательно встречаются одна-две, а то и больше фальшивых копеек. Фальшивые, или «воровские», деньги XVI—XVII вв. — весьма своеобразное явление. Сделанные с применением ручной техники, которая употреблялась и на государственных денежных дворах, они на первый взгляд ничем не отличались от подлинных монет. Лишь тщательное сличение по штемпелям показывает, что фальшивые монеты стоят особняком от подлинных монет, которые всегда связываются друг с другом взаимоотношением штемпелей. За редким исключением, подделки представляют собой отдельные типы, чеканенные изолированными парами штемпелей, и встречаются в единственном экземпляре. В большинстве своем «воровские» монеты имеют чрезмерно низкий вес, не укладывающийся ни в какие весовые нормы, и чеканены из серебра очень плохого качества. Письменные источники XVII в. часто сообщают о медных и оловянных «воровских» деньгах или о «лехких» копейках. Медные и оловянные подделки современники могли отличить от подлинных монет без особого труда, поэтому в кладах они не встречаются, но другая разновидность фальшивых монет — «лехкие» монеты, чеканенные из серебра пониженной пробы, дошли до нас, так как отличить их от подлинных было гораздо сложнее. «Воровские» монеты подделы

тате перестройки системы финансовых ведомств в 1679—1680 гг., или же само снижение веса было использовано как одно из средств пополнения финансов — ответ на эти вопросы может дать только специальное изучение истории государственных учреждений и финансов страны последней четверти XVII в. Для исследования истории русского денежного хозяйства важно указать на его взаимосвязь с процессом бюрократизации аппарата государственного управления. Вехами на этом пути были 1595/96 г., когда был создан Денежный приказ, 1626 г., когда денежное дело перешло в ведомство Приказа Большой казны, и 1681 г., когда была сделана попытка реорганизовать систему финансового управления. Борьба с фальшивомонетчиками Стремясь оставить неизменным вид архаичной русской копейки, чтобы предотвратить утечку за рубеж драгоценных металлов и сохранить доходы казны от перечеканки талеров в русскую монету, правительство создавало объективную возможность засорения денежного обращения фальшивыми монетами. Примитивная техника чеканки, несложные изображения и надписи на монетах очень облегчали денежное «воровство». «Воровские» деньги встречались и в XVI в. — известны фальшивые копейки и денги этого времени. Они подражали наиболее распространенным монетам: копейкам и денгам Ивана IV и Бориса Федоровича. Увеличилось количество их в годы смуты — известны фальшивые копейки с именами Дмитрия Ивановича и Владислава Жигимонтовича (фототабл. 42, 43). Нарушение денежного обращения, нехватка денежных знаков из-за резкого сокраще

главным финансовым приказом. Помимо этой меры правительство А. С Мельникова Федора Алексеевича сделало попытку сосредоточить все финансовые вопросы в Приказе Большой казны — вначале в форме объединения разных финансовых ведомств под единым руководством, затем путем их слияния. Приказ Большого прихода и Новая четверть были слиты с Приказом Большой казны. Осенью 1680 г. финансовые функции других приказов (кроме стрелецких сборов), прежде всего сбора таможенных пошлин и питейной прибыли, были также переданы в Приказ Большой казны. Сведения о местных бюджетах и их использовании тоже стали поступать в этот приказ. Однако эти меры, предпринятые как средство для централизации управления финансами, оказались непродуманными до конца и неэффективными, и в 1683/84 г. в новую систему были внесены существенные поправки, во многом возродившие старую практику84. Реорганизация финансовых ведомств в 1680 г. и снижение веса копейки в 1681 г. близки по времени осуществления. Зафиксированные Нартовым ежегодные сведения об объеме чеканки позволяют думать, что с этого года была создана специальная служба, возможно в рамках Приказа Большой казны, ведавшая денежным делопроизводством, в обязанности которой входило составление ежегодных отчетов о количестве отчеканенной монеты. Надо полагать, правительство желало знать точные размеры прибыли от чеканки монет и планировать эту прибыль в рамках государственного бюджета. Связано ли было снижение веса копейки с финансовыми трудностями, возникшими в резуль

Весовая диаграмма копеек Федора Алексеевича 1676—1680 гг. (диагр. 41) показывает их фактический вес, равный 0,45 — 0,46 г; от нормативного он отстает на 0,02 — 0,03 г. Неуклонное понижение весовой нормы, несмотря на попытки ее восстановления, предпринимавшиеся неоднократно после 1626 г., привело в конечном итоге к стабилизации ее в 1681 г. А. Нартов свидетельствует, что в 1681 г. началась чеканка по 10,5 коп. из золотника (4,26 г). Вес копейки должен быть равным в этом случае 0,40 г. Диаграмма веса копеек Федора Алексеевича 1681 —1682 гг. (диагр. 42) показывает их весовую фактическую норму 0,39— 0,41 г. Ясно, что Нартов указал не нормативный, а фактический вес копейки, полученный эмпирическим путем. Видимо, нормативным весом копейки в 1681 г. стал вес, равный 0,42 г, составляющий вес копейки четырехрублевой стопы, уменьшенный на 3/4 новой почки, или же стопы в 4,25 копеек, уменьшенный на 7г почки (0,51 — 0,09 = 0,42, или же 0,48 — 0,06 = 0,42). Копейки Ивана и Петра Алексеевичей чеканились уже по новой весовой норме, теоретической величиной которой был вес в 0,42 г, а фактическим весом — 0,39—0,41 г (диагр. 44). Снижение весовой нормы в 1681 г. следует, скорее всего, связывать с циклом правительственных мероприятий, направленных на упорядочение управления финансами страны, и с теми результатами, к которым привели эти меры. В 1679 г. была введена подворная система обложения. Основным прямым налогом были признаны «стрелецкий хлеб» и «стрелецкие деньги», Стрелецкий приказ стал

ирующих признаков не дает возможности точно атрибутировать эти номиналы. Видимо, как и при Алексее Михайловиче, полушки чеканились с изображением двуглавого орла на одной стороне и словом «Царь» на другой. И. И. Кауфман анализировал известный письменный источник 1680 г. — «Память думному дьяку Лариону Иванову о принятии в Стрелецком приказе 5696 руб. 16 алтын 3 денег, составившихся из переделов на Денежном дворе любских ефимков», согласно которому из гривенки выделывалась 431 коп. Весовая норма копейки, по данным Памяти, составляла 0,47 г83. Такую же норму — 0,47 г, получающуюся при выходе 9 копеек из золотника, называет для копеек 1664—1681 гг. в своей сводке А. Нартов. Родословец 1664 г., однако, свидетельствует о другой норме — 0,46 г. Если Нартов оперирует данными о весовой норме монет 1664—1681 гг., источник которых остается неизвестным, а приписка к Родословцу 1664 г. опирается на сведения о весе ефимков и о количестве копеек, выходящих при перечеканке ефимков, то Память 1680 г. сообщает о чеканке монет и о норме выхода чеканенных денег «против государева указу», т. е. ссылается на какой-то законодательный акт. Скорее всего, этот «государев указ» — указ о реформе 1626 г., до нас не дошедший, который ввел новую стопу в 425 копеек и нормативный вес копейки в 0,48 г. Ведь все последующие документы — и Память 1680 г., и приписка к Родословцу 1664 г., и сводка Нартова — все они говорят о фактической весовой норме, которая колеблется вокруг нормативного веса копейки в 0,48 г.

авляют примерно одинаковое число с тяжелыми копейками. По всей видимости, легкие монеты быстро вытеснили более тяжелые. В исторической литературе было принято считать, что снижение веса копейки до 0,40—0,41 г произошло только в годы регентства царевны Софьи, хотя А. Нартов прямо указывал на изменение весовой нормы в 1681 г. Нумизматические данные подтвердили правоту Нартова — снижение веса копеек произошло в царствование Федора Алексеевича, в 1681 г. Отличительной особенностью монет Федора Алексеевича является их очень хороший внешний вид: рисунок тщательно выполнен, чистые, точные линии изображения ясно видны на всех монетах; особенно хороша надпись с ее четкими и тщательно прописанными буквами. Монеты Федора Алексеевича продолжают ту тенденцию к улучшению оформления монетного поля, которая обнаружилась в денежном деле после 1664 г. Иконография ездеца на монетах 1676—1682 гг. не отличается от утвердившегося после 1626 г. изображения всадника в трехчастном венце, с развевающимся плащом за спиной и схематическим изображением одежды и сбруи. Традиционный знак монетного двора в виде монограммы о/М не претерпел никаких изменений. Попытки преобразований 229 В правление Федора Алексеевича чеканились, видимо, все номиналы; в музейных собраниях сохранились копейки и денежки (в собрании ОН ГИМ их всего 4 экз.). Полушки, вероятно, чеканились тоже, поскольку письменные источники, называющие сумму выплат, постоянно оперируют мелочными расчетами на доли копейки. Отсутствие на полушках дат

з числа изготовленных после 1664 г. В каждом году использовались 2 лицевых и 4 обороточных маточника (лишь в первый год царствования в работе были 1 лицевой времени Алексея Михайловича и 3 оборотных маточника, а в последний год — 1 лицевой маточник, который использовался в сочетании с маточниками прошлых лет, и 1 оборотный; другие новые оборотные маточники в 1682 г. приготовить не успели — Федор Алексеевич умер в апреле). Можно различить три различных «почерка», отразившихся в заново изготовленных лицевых и оборотных маточниках: видимо, на Московском денежном дворе в эти годы работали три резчика монетных штемпелей. Монеты представлены на табл. 13 соотношения штемпелей, фототабл. 40 и 41, весовых диагр. 41 — 43. По весу монеты Федора Алексеевича распадаются на две группы. Одна группа имеет весовые показатели в пределах 0,45—0,46 г (диагр. 41), другая — в пределах 0,39—0,41 г (диагр. 42). Четко обозначенные разные весовые группы монет свидетельствуют о том, что здесь имело место не стихийное, беспорядочное ухудшение веса, а последовательная практика ухудшения веса монеты. Основная группа копеек 1676— 1682 гг. чеканена по «тяжелой» стопе, перешедшей в новое царствование от времени Алексея Михайловича. Понижение веса произошло, судя по данным систематизации, около 1681 г. Для облегченных монет были использованы 2 лицевых (1 был взят из прошлого царствования) и 4 оборотных маточника. Хотя легкие копейки стали чеканиться в конце правления Федора Алексеевича, по количеству они сост