Недвижимость

— 1534 гг., а реформа унаследовала уже возникший тип и пренебрегла тем обстоятельством, что какое-то сравнительно небольшое количество монет нового типа оказалось чеканенным по старой стопе44. С нашей точки зрения, Г. Г. Яковлев ближе к истине. В предложенном В. Л. Яниным толковании этого эпизода чеканки после 1533 г. не находит объяснения применение архаичной для этого времени техники чеканки резанными от руки штемпелями. Маточники уже широко применялись на денежных дворах, и отказ от них должен был иметь достаточно веские основания. В конкретных условиях 1533 — 1534 гг., когда денежное обращение переживало кризис, страна была наводнена резаными и неполноценными монетами, начались массовые казни фальшивомонетчиков, и подготовка к перестройке денежного хозяйства стала самой актуальной задачей, могла возникнуть идея выпуска полноценных монет, выпущенных по старой стопе, но оформленных как новые монеты, резание маточников для которых уже шло полным ходом. Этот выпуск с самого начала должен был иметь временный характер: его целью было насыщение денежного обращения полноценными деньгами, пока не началось проведение денежной реформы, и в то же время выработка у населения привычки к внешнему виду новых выпусков — копеек и денег. Вспомним, как осторожно вводились новые монеты: первые выпуски, имевшие новую весовую норму, которая была ниже дореформенной (вместо 2,6 рубля из гривенки она составляла 3 рубля), были оформлены как дореформенные сабельницы (мечевые копейки, именные денги),